   |
Айзек Азимов (Исаак Озимов)
Американский писатель-фантаст, популяризатор науки, по профессии биохимик. Автор около 500 книг, в основном художественных (прежде всего в жанре научной фантастики, но также и в других жанрах: фэнтези, детектив, юмор) и научно-популярных (в самых разных областях — от астрономии и генетики до истории и литературоведения). В США и других западных странах многие считают Азимова одним из трёх величайших фантастов XX века.
у было?
Возмущенный Либич промолчал,
– Она вам нравилась? – Бейли попытался с другой стороны.
– Что?
– Она привлекала вас? Физически?
Веко Либича подтянулось и стало ка место, губы скривились.
– Грязная скотина, – буркнул он.
– Ладно, попробуем иначе. Когда Глэдия перестала казаться вам приятной? Вы сами употребили это слово, если помните.
– О чем вы?
– Вы сказали, что находили ее общество приятным. Теперь вы считаете, что она убила своего мужа, Приятные люди обычно так не поступают.
– Я ошибался.
– Но вы поняли, что ошиблись в ней, еще до того, как она убила мужа – если убила. Вы прекратили прогулки с ней за некоторое время до убийства. Почему?
– Это так важно?
– Важно все, пока не будет доказано обратное.
– Послушайте, если я нужен вам в качестве роботехника – спрашивайте, На вопросы о своей личной жизни я отвечать не буду.
– Вы были тесно связаны и с убитым, и с подозреваемой, Разве вы понимаете, что без нескромных вопросов не обойтись? Почему вы прекратили прогулки с Глэдией?
– Мне стало не о чем с ней говорить, – огрызнулся Либич. – Я был слишком занят. Я не видел смысла продолжать эти прогулки.
– Другими словами, ее общество перестало быть приятным.
– Хорошо, пусть так.
– Почему?
– Потому! – Либич сорвался на крик.
– И все-таки вы хорошо знали Глэдию, – не обращая внимания на волнение роботехника, сказал Бейли. – Какой у нее быть мотив?
– Мотив?
– Никто пока не назвал мне возможного мотива преступления. Не могла же она совершить убийство без причины.
– Великая Галактика! – Либич откинул голову словно хотел засмеяться, но не засмеялся. – И вам никто не сказал? Что ж, может быть, никто и не знает. Но я-то знаю. Она мне говорила – и часто.
– Что говорила, доктор Либич?
– Что все время ссорится с мужем. Ссоры были бурные и частые. Она ненавидела его, землянин. Так значит, вам никто об этом не говорил? И она тоже?
Глава пятнадцатая Портрет создается
Новость оглушила Бейли, однако он постарался не показать изумления. Должно быть, местные обычаи приучили соляриан воспринимать частную жизнь во всех ее проявлениях как нечто священное. Вопросы о браке и детях считались дурным тоном. Вероятно, хронические супружеские ссоры также не подлежали обсуждению.
Но когда совершилось убийство? Неужели не решились нарушить светские приличия и спросить подозреваемую, не ссорилась ли она с мужем?
Возмущенный Либич промолчал,
– Она вам нравилась? – Бейли попытался с другой стороны.
– Что?
– Она привлекала вас? Физически?
Веко Либича подтянулось и стало ка место, губы скривились.
– Грязная скотина, – буркнул он.
– Ладно, попробуем иначе. Когда Глэдия перестала казаться вам приятной? Вы сами употребили это слово, если помните.
– О чем вы?
– Вы сказали, что находили ее общество приятным. Теперь вы считаете, что она убила своего мужа, Приятные люди обычно так не поступают.
– Я ошибался.
– Но вы поняли, что ошиблись в ней, еще до того, как она убила мужа – если убила. Вы прекратили прогулки с ней за некоторое время до убийства. Почему?
– Это так важно?
– Важно все, пока не будет доказано обратное.
– Послушайте, если я нужен вам в качестве роботехника – спрашивайте, На вопросы о своей личной жизни я отвечать не буду.
– Вы были тесно связаны и с убитым, и с подозреваемой, Разве вы понимаете, что без нескромных вопросов не обойтись? Почему вы прекратили прогулки с Глэдией?
– Мне стало не о чем с ней говорить, – огрызнулся Либич. – Я был слишком занят. Я не видел смысла продолжать эти прогулки.
– Другими словами, ее общество перестало быть приятным.
– Хорошо, пусть так.
– Почему?
– Потому! – Либич сорвался на крик.
– И все-таки вы хорошо знали Глэдию, – не обращая внимания на волнение роботехника, сказал Бейли. – Какой у нее быть мотив?
– Мотив?
– Никто пока не назвал мне возможного мотива преступления. Не могла же она совершить убийство без причины.
– Великая Галактика! – Либич откинул голову словно хотел засмеяться, но не засмеялся. – И вам никто не сказал? Что ж, может быть, никто и не знает. Но я-то знаю. Она мне говорила – и часто.
– Что говорила, доктор Либич?
– Что все время ссорится с мужем. Ссоры были бурные и частые. Она ненавидела его, землянин. Так значит, вам никто об этом не говорил? И она тоже?
Глава пятнадцатая Портрет создается
Новость оглушила Бейли, однако он постарался не показать изумления. Должно быть, местные обычаи приучили соляриан воспринимать частную жизнь во всех ее проявлениях как нечто священное. Вопросы о браке и детях считались дурным тоном. Вероятно, хронические супружеские ссоры также не подлежали обсуждению.
Но когда совершилось убийство? Неужели не решились нарушить светские приличия и спросить подозреваемую, не ссорилась ли она с мужем?
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90
91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90
91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106