   |
Айзек Азимов (Исаак Озимов)
Американский писатель-фантаст, популяризатор науки, по профессии биохимик. Автор около 500 книг, в основном художественных (прежде всего в жанре научной фантастики, но также и в других жанрах: фэнтези, детектив, юмор) и научно-популярных (в самых разных областях — от астрономии и генетики до истории и литературоведения). В США и других западных странах многие считают Азимова одним из трёх величайших фантастов XX века.
и. Человек, от этого не уйти, должен чувствовать свою значимость даже на фоне всего мироздания.
Тем более человечество.
Что ж, величие нам не запрещено. Не призрачное и обманное, а истинное и реальное, единственно возможное в мире величие — величие разума в нем и добра, оно достижимо. Будет это — все остальное приложится.
Дм. Биленкин
Уильямс Т. Пауэрс НЕЧЕМ ДЫШАТЬ
В горах
Куда ни глянь, сосновые иглы втоптаны в пыль, и все же это было вполне приличное место для лагеря. Оно находилось близко к вершине хребта, а от прочих стоянок было отделено кустарником, росшим между соснами. Под деревом удачно встала палатка. Вечером, когда поднимался ветер и накрапывал дождь, крона сосны служила надежным прикрытием.
К востоку лес спускался по склону. На противоположной стороне ущелья была громадная скала. Предзакатное солнце превращало ее в золотой занавес на фоне темно-синего неба. Авансценой служили темно-зеленые, скрывавшиеся в тени вершины сосен внизу.
Питер Лэтроп стоял у костра, любуясь этой картиной. Потом взглянул на часы, глубоко вздохнул, задержал дыхание, с сожалением выпустил воздух, допил пиво из банки и отбросил ее в сторону.
— Здесь такой воздух, Грейс, — произнес он, — что его можно пить.
— Не везде. — откликнулась Грейс. — Во всяком случае, не в палатке, где я меняю пеленки…
— Куда делись дети?
— Откуда мне знать? Наверно, внизу, у большой скалы. Ты лучше за ними сходи.
— Ладно, — Питер снова поглядел на часы и пустился вниз по тропинке.
Тропинка вилась вокруг огромного камня, преграждавшего склон. На камне сидели четверо ребятишек. Старший, уже подросток, стоял на самой вершине, глядя на горевшую в лучах солнца сосну. Остальные — мальчик лет девяти и две девочки, одна десятилетняя, другая не больше пяти, маленькая для своего возраста, — играли неподалеку.
Они увидели Питера.
— Привет, папа, — сказал подросток. — Поднимайся к нам.
— Нет, это уж вы спускайтесь, Тим. И помоги спуститься Пиви.
— Я не хочу уезжать, — отозвалась Пиви.
— Джуди, Майк, спускайтесь, кому я сказал!
— Пап, давай останемся дотемна. Еще так рано!
— Мы и так опаздываем. За два дня нам надо одолеть тысячу миль. Хватит. Все вниз.
— Пап, поднимись к нам, ну на секундочку! Питер начал сердиться.
— Майк, немедленно слезай. Ты что думаешь, мне самому хочется отсюда уезжать? Сколько можно повторять одно и то же?!
Нехотя дети подчинились. Тим спускался первым, помогая младшим. Вереницей они вернулись в лагерь. Питер замыкал шествие. Грейс вылезла из палатки в тот момент, когда они показались на лужайке. Она держала на руках грудного ребенка, а двухлетняя малышка держалась за ее юбку.
— Пора ехать? — спросила она.
— Уже пять часов.
На лужайке воцарилось подавленное молчание. Наконец Питер нарушил его:
— Тим, складывайте с Майком палатку. Девочки, переносите вещи в машину.
Мальчики сняли палатку и принялись прыгать на ней, чтобы скорее вышел воздух. Девочки подбежали к машине, неся полные ладони сосновых шишек. Старшая спросила:
— Пап, можно мы их возьмем с собой?
Питер выглянул из "фольксвагена".
— Куда я их дену? Выбросьте их в лес.
— Милый, а можно я парочку захвачу с собой? — спросила Грейс.
— Ты же знаешь, что отсюда ничего нельзя брать. Ну ладно, каждая берет по две шишки — остальные бросайте.
Обрадованные девочки отбежали, высыпали добычу на землю и принялись выбирать самые красивые шишки. Мальчики сложили палатку и взгромоздили ее на крышу «фольксвагена». Палатка уместилась между чемоданами и большим пропановым баллоном, приваренным к крыше. Две медные трубки тянулись от него к двигателю.
— А нам тоже можно взять шишек? — спросил Тим.
Они с Майком побежали к девочкам.
— Захватите одну для мамы, — крикнула Грейс.
— Дети, поглядите вокруг — мы ничего не забыли? Поехали.
Питер подергал за трос, которым были примотаны чемоданы и палатка.
Грейс вышла из машины, за ней выбрались дети с драгоценными шишками в руках. Все они глядели на гору, которая потемнела и стала оранжевой.
— Пап, а нам обязательно надо уезжать? — спросил Тим. — Давай останемся еще на денек.
— Не хочу уезжать, — захныкала Пиви. Питер смотрел на гору.
— Пап, я ненавижу жить внизу, — сказала Джуди. — Я хочу остаться здесь.
Она заплакала, и ог этого во весь голос зарыдала и Пиви.
— Грейс, убери детей в машину! — раздраженно проговорил Питер, не отрывая взгляда от горы.
— Хорошо, милый. Джуди, дорогая, ты первая.
Тем более человечество.
Что ж, величие нам не запрещено. Не призрачное и обманное, а истинное и реальное, единственно возможное в мире величие — величие разума в нем и добра, оно достижимо. Будет это — все остальное приложится.
Дм. Биленкин
Уильямс Т. Пауэрс НЕЧЕМ ДЫШАТЬ
В горах
Куда ни глянь, сосновые иглы втоптаны в пыль, и все же это было вполне приличное место для лагеря. Оно находилось близко к вершине хребта, а от прочих стоянок было отделено кустарником, росшим между соснами. Под деревом удачно встала палатка. Вечером, когда поднимался ветер и накрапывал дождь, крона сосны служила надежным прикрытием.
К востоку лес спускался по склону. На противоположной стороне ущелья была громадная скала. Предзакатное солнце превращало ее в золотой занавес на фоне темно-синего неба. Авансценой служили темно-зеленые, скрывавшиеся в тени вершины сосен внизу.
Питер Лэтроп стоял у костра, любуясь этой картиной. Потом взглянул на часы, глубоко вздохнул, задержал дыхание, с сожалением выпустил воздух, допил пиво из банки и отбросил ее в сторону.
— Здесь такой воздух, Грейс, — произнес он, — что его можно пить.
— Не везде. — откликнулась Грейс. — Во всяком случае, не в палатке, где я меняю пеленки…
— Куда делись дети?
— Откуда мне знать? Наверно, внизу, у большой скалы. Ты лучше за ними сходи.
— Ладно, — Питер снова поглядел на часы и пустился вниз по тропинке.
Тропинка вилась вокруг огромного камня, преграждавшего склон. На камне сидели четверо ребятишек. Старший, уже подросток, стоял на самой вершине, глядя на горевшую в лучах солнца сосну. Остальные — мальчик лет девяти и две девочки, одна десятилетняя, другая не больше пяти, маленькая для своего возраста, — играли неподалеку.
Они увидели Питера.
— Привет, папа, — сказал подросток. — Поднимайся к нам.
— Нет, это уж вы спускайтесь, Тим. И помоги спуститься Пиви.
— Я не хочу уезжать, — отозвалась Пиви.
— Джуди, Майк, спускайтесь, кому я сказал!
— Пап, давай останемся дотемна. Еще так рано!
— Мы и так опаздываем. За два дня нам надо одолеть тысячу миль. Хватит. Все вниз.
— Пап, поднимись к нам, ну на секундочку! Питер начал сердиться.
— Майк, немедленно слезай. Ты что думаешь, мне самому хочется отсюда уезжать? Сколько можно повторять одно и то же?!
Нехотя дети подчинились. Тим спускался первым, помогая младшим. Вереницей они вернулись в лагерь. Питер замыкал шествие. Грейс вылезла из палатки в тот момент, когда они показались на лужайке. Она держала на руках грудного ребенка, а двухлетняя малышка держалась за ее юбку.
— Пора ехать? — спросила она.
— Уже пять часов.
На лужайке воцарилось подавленное молчание. Наконец Питер нарушил его:
— Тим, складывайте с Майком палатку. Девочки, переносите вещи в машину.
Мальчики сняли палатку и принялись прыгать на ней, чтобы скорее вышел воздух. Девочки подбежали к машине, неся полные ладони сосновых шишек. Старшая спросила:
— Пап, можно мы их возьмем с собой?
Питер выглянул из "фольксвагена".
— Куда я их дену? Выбросьте их в лес.
— Милый, а можно я парочку захвачу с собой? — спросила Грейс.
— Ты же знаешь, что отсюда ничего нельзя брать. Ну ладно, каждая берет по две шишки — остальные бросайте.
Обрадованные девочки отбежали, высыпали добычу на землю и принялись выбирать самые красивые шишки. Мальчики сложили палатку и взгромоздили ее на крышу «фольксвагена». Палатка уместилась между чемоданами и большим пропановым баллоном, приваренным к крыше. Две медные трубки тянулись от него к двигателю.
— А нам тоже можно взять шишек? — спросил Тим.
Они с Майком побежали к девочкам.
— Захватите одну для мамы, — крикнула Грейс.
— Дети, поглядите вокруг — мы ничего не забыли? Поехали.
Питер подергал за трос, которым были примотаны чемоданы и палатка.
Грейс вышла из машины, за ней выбрались дети с драгоценными шишками в руках. Все они глядели на гору, которая потемнела и стала оранжевой.
— Пап, а нам обязательно надо уезжать? — спросил Тим. — Давай останемся еще на денек.
— Не хочу уезжать, — захныкала Пиви. Питер смотрел на гору.
— Пап, я ненавижу жить внизу, — сказала Джуди. — Я хочу остаться здесь.
Она заплакала, и ог этого во весь голос зарыдала и Пиви.
— Грейс, убери детей в машину! — раздраженно проговорил Питер, не отрывая взгляда от горы.
— Хорошо, милый. Джуди, дорогая, ты первая.
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90
91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90
91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106